Ситуация вокруг выборов в Мосгордуму накаляется: СК возбудил уголовное дело по статье о воспрепятствовании работе избирательных комиссий, уже проводились обыски в домах независимых кандидатов, а Мосгоризбирком утвердил отказ в их регистрации. «Сноб» поговорил с членом Совета по правам человека Николаем Сванидзе, который накануне встретился с не допущенными до выборов политиками, о том, что им грозит, чего ждать от субботней несогласованной акции в центре Москвы и чем нынешняя ситуация отличается от Болотной
Ɔ. Любовь Соболь назвала сложившуюся вокруг выборов ситуацию политическим кризисом. Согласны ли вы с ней?
Политический кризис — очень относительное понятие. Каковы его критерии? Сейчас ситуация стабильная: транспорт ходит, власть не собирается меняться. Я не считаю, что есть признаки политического кризиса, хотя Илья Яшин на встрече с СПЧ тоже о нем говорил.
Несомненно, то, что происходит, — острая политическая ситуация, которая может привести к политическому кризису, но на данный момент я его не вижу. 20 000 человек, которые вышли на согласованную акцию на проспекте Сахарова, — это много, но недостаточно. Вот когда пошатнется соотношение сил власти и оппозиции, когда 100 000 человек выйдут на улицу, тогда это будет кризисом, как в случае с Болотной, когда недовольство было действительно массовым.
Вопрос в том, чем все закончится в этот раз. Во времена Болотной власть быстро нашлась, сконцентрировалась, и с присоединением Крыма она перехватила инициативу. Сумеет ли правительство сделать это сейчас, достаточно ли у него ресурсов и потенциала? Я не знаю.
Ɔ. Почему независимых кандидатов решили отсеять еще на этапе сбора подписей? Разве не легче было бы сделать это во время голосования?
Возможности влияния на результаты очень ограниченны. Легче не допустить кого-то, чем потом подделать голоса. Я продолжаю с уважением относиться к Элле Памфиловой (председатель ЦИК. — Прим. ред.). Даже в сложившейся тяжелой политической ситуации она не позволила бы себе закрыть глаза на наглую фальсификацию.
Так что позиция власти как раз предсказуема — не зарегистрировать опасных кандидатов, используя лазейки в законодательстве, иначе дальше власти было бы намного сложнее действовать.
Ɔ. Элла Памфилова на этой неделе встречалась с кандидатами в здании ЦИК. Зачем? Достигнуты ли цели этой встречи?
Она отвечает за эту ситуацию и не может дистанцироваться от того, что находится под ее моральной, юридической и политической ответственностью. Выйдя из больницы, она должна была сразу вмешаться в это дело, показать, что она в курсе и пытается как-то решить проблему.
Встреча с кандидатами решению проблемы не помогла. Но сложившаяся ситуация вообще мне кажется неразрешимой, потому что решение принимается на очень высоком федеральном уровне, который Памфиловой недоступен.
